/
КонтактыО проекте Блог
Galaktika

Вход | Регистрация


Запомнить меня
Забыли пароль?

 

  ПОИСК


 
 

 

Идеология развития /  Глобальные конфликты /  Геополитические конфликты /  Збигнев Бжезинский: жизнь в политике, основные идеи  

Збигнев Бжезинский: жизнь в политике, основные идеи

Збигнев Бжезинский - выдающийся политолог, аналитик, государственный деятель, доктор философских наук. Он является одним из авторитетнейших специалистов мировой политики. Именно мировой: Бжезинский всегда более интересовался и плотнее занимался политикой в её глобальных масштабах. Внутренние события США никогда не были сферой его деятельности. Бжезинский участвовал во многих предвыборных компаниях, давал анализ политических доктрин, но всё ж предметом его исследования и местом реализации политических программ стала международная арена.

Даже после ухода Збигнева Бжезинского из большой политики, к его мнению прислушиваются, а его прогнозы воспринимаются всерьёз. Он часто даёт интервью самым известным мировым газетам и радиостанциям. Такое внимание не случайно. Ведь это человек, обладавший всей тайной информацией внешней политики на протяжении почти 10 лет.

Через всю свою политическую жизнь он пронёс чувство глубокого патриотизма к своей родине Польше. Многие его политические решения надо рассматривать через призму особого отношения к делам Восточной Европы. Во многом на некоторую субъективность взглядов Збигнева Бжезинского повлияла его биография и детство в частности. 
 

Биография. Истоки и начало карьеры.
 


Американец польского происхождения Збигнев Бжезинский родился 28 марта 1928 года в Варшаве. Это был недолгий период независимости Польши. Получив независимость от Германии после восстания 27 декабря 1918 года, Польша впервые за полтора века обрела государственность. Версальский договор 1919 года закрепил границы. После польско-советской войны 1920 года Польша получила западные территории Украины и Белоруссии. Войну прошел отец Збигнева Тадеуш Бжезинский. После войны Бжезинский старший был на дипломатической службе. С 1931-1935 года - дипломатом в Германии, а с 1936 по 1938 служил в Советском союзе. Так молодой Збигнев стал свидетелем времени раннего нацизма и сталинских репрессий. Большое влияние в молодости на сына оказывал отец, рассказывавший о войне с советским союзом, о попытки Красной армии захватить Польшу, о репрессиях Сталина. В 1938 году Тадеуша Бжезинского посылают в Канаду, в Монреаль. Так вся семья оказывается в Северной Америке.

Отец Збигнева был успешным дипломатом, сделавшим прекрасную карьеру. Внешнеполитическая жизнь всей Европы бурлила в 30-х годах. Тадеуш Бжезинский создал базу отношений Польши с наиболее сильными странами. До начала Второй Мировой Войны он отстаивал политику Польши как союзника гитлеровской Германии. Страна была готова стать противником СССР. Бжезинский, будучи послом в Советском Союзе, от лица своей страны категорически отказался дать гарантию пропуска советским войскам для отражения предполагавшийся фашистской агрессии. Тадеуш сделал всё для создания союза с Германией. Он, фактически, осуществлял всю внешнеполитическую деятельность страны в середине 30-х. Но вскоре его перебрасывают на более спокойную должность в Канаду, а родина его семьи тем временем оказывается оккупированной.

Начало Второй мировой войны ознаменовалось быстрым захватом Польши войсками фашистской немецкой армии. 1 сентября 1939 года фашистские войска вторглись в страну. Союзники Польши Франция и Англия так и не оказали никакой поддержки, что позволило Гитлеру осуществить молниеносный захват. Впоследствии Ялтинский мир подтвердил исчезновение родной для Збигнева Бжезинского страны. Приход к власти в Польше коммунистов расценивался как крушение государства. Так события трактовались в североамериканской прессе и семье Бжезинского. Судьба родной страны сильно повлияла на развитие русофобии у молодого Збигнева.

Уже в 20 лет Збигнев Бжезинский начал работать атташе в правительстве провинции Квебек. В это время (с 1945 года) он учился в Монреальском университете Макгилла (этот университет считается наиболее интернациональным в Северной Америке, но при этом входит в 100 лучших в мире), который закончил в 1949 году и в нем же получил степень магистра (1950). Збигнев изучал международные отношения и геополитику. Основной темой его исследовательской работы в университете был национальный вопрос в Советском союзе. После университета Бжезинский собирался делать дипломатическую карьеру, как отец, но помешало отсутствие канадского паспорта.

Для написания своей докторской работы он перевелся в Гарвард. В 1953 году стал доктором философских наук, написав работу о взаимоотношении Октябрьской революции, Ленина и сталинской машины-государства. 50-е годы Бжезинского политолога - создание западной теории тоталитаризма, 60-е - проблемы восточноевропейского коммунистического блока (западное влияние на дезорганизацию Советского Союза). В 70-е Бжезинский исследует тему изменения мира под влиянием перехода в технотронную эру.

Бжезинский остался преподавать международные отношения в университетском центре русских исследований Гарварда, где находился в должности профессора до 1960 года. В эти годы он начинает сотрудничество с Яном Новаком-Жезиорански, главой Радио «Свободная Европа» (радиостанция была известна наиболее резкой критикой политики Советского Союза даже в период оттепели Хрущева). В будущем Жезиоранек станет одним из ведущих активистов польского движения «Солидарность». Именно через него Бжезинский будет осуществлять помощь польской оппозиции.

В статусе профессора Гарварда Збигнев Бжезинский выступил с критикой политики roll-back (вытеснение коммунизма из Западной Европы), проводимой Эйзенхауэром. Он считал, что антагонизм по отношению к странам восточной Европы только подтолкнёт их к сближению с Советским Союзом. Забастовки в Польше и революция в Венгрии убедили Збигнева Бжезинского, что силы Восточной Европы в будущем можно будет направить против доминирования Советского Союза в регионе. В 1957 году он посещает Варшаву, впервые после многолетней эмиграции. По возвращении он пишет статью о глубоком разломе внутри Восточного блока.

 В 1958 году Бжезинский получил американское гражданство. После того как, Гарвард отказался выдать Збигневу грант на исследования, он переезжает в Нью-Йорк, где становится профессором Колумбийского университета (1960-1989 г.). При поддержке университета он участвовал в основании и был избран первым директором Института по вопросам коммунизма. Вскоре выходит первая книга Бжезинского: «Советский блок: объединение и конфликт», посвященная проблемам Восточного блока с начала «холодной войны».

Резкие выступления и успешная университетская карьера обращают на себя внимание. Он становится консультантом Совета Международных Отношений. Его включают в число почетных профессоров

Активный демократ, он был советником по внешней политике и национальной безопасности в предвыборной президентской кампании Джона Кеннеди (президент с 1960 по 1963). Он выдвигал тезис поддержки Восточной Европы. Бжезинский обращал внимание на экономическую и политическую стагнацию внутри СССР, предрекая скорое крушение в результате межнациональных конфликтов. Даже после Кубинского ракетного кризиса он настаивал на поддержке коммунистической Европы. Он утверждал, что США должны сделать всё, чтобы восточноевропейские страны «не боялись унизительной агрессии со стороны запада».

После убийства Кеннеди Бжезинский вошел в администрацию нового президента Линдона Джонсона (1963-1969). Он поддерживал политику Великого равенства ("Great Sociality") и равенства прав ("Civil right policies"), проводимую Джонсоном. Поддержка поляком Бжезинским этой политики неудивительна. Большинство иностранцев-демократов политиков поддержали инициативу президента. Збигнев Бжезинский продолжал заниматься внешнеполитическими делами - ведь это было время особо напряженных отношений с Советским Союзом. Холодная война вошла в новую фазу. Необходимо было некоторое смягчение внешней политики.

Внешнюю политику Джонсона называют политикой «наведения мостов». Идея была разработана Збигневым Бжезинским. Политика состояла в том, чтобы найти отдельный подход к каждой восточноевропейской стране. Необходим был отказ от блоковой политики, которая лишь провоцирует конфликты в Европе. Речь президента перед конгрессом о переходе к политике «наведения мостов» была подготовлена Бжезинским (7 октября 1966).

Несмотря на явное смягчение внешнеполитического курса, в 1964 году разворачивается война двух систем. В начале войны во Вьетнаме (1964-1973) Бжезинский, известный своей непримиримостью по отношению к СССР, активно защищал проводимую США политику и бомбежки. Он считал, что необходимо пресечь распространение социализма на востоке. Политику США он называл ответной на агрессивные действия СССР и Китая (в 1956 году Мао Цзэдун назвал Америку бумажным тигром, который не способен на реальные действия). Бжезинский поддерживал начальный этап войны, основываясь скорее на чувствах неприязни по отношению к Советскому Союзу, нежели на реальных политических выгодах. Вскоре он изменит свою точку зрения (но она, опять же, была вызвана не переменой отношения к Советскому Союзу). Война подорвала экономику США, создала социальное напряжение внутри страны. И уже в конце 60-х годов он изменил свою позицию и настаивал на мирном соглашении с СССР. Бжезинский начинает разрабатывать план дипломатической, экономической, идеологической и политической войны против Советского Союза. Он видит бессмысленность военных столкновений двух сверхдержав, обладающих огромным ядерным ресурсом. Бжезинский становится идеологом закулисной политической борьбы против СССР. Такое видение ситуации не противоречило гонке вооружений, которая была для политолога скорее экономическим и политическом рычагом.

В это время (1966-1968) он начал работу в Совете Политического Планирования (организация независимого анализа и прогнозирования при Госдепартаменте). Он разработал стратегию «мирного вовлечения» в отношении СССР в рамках холодной войны. В октябре 1966 года он убедил президента Джонсона изменить стратегические приоритеты, поставив политику разрядки на первое место по отношению к вопросу объединения Германии путём активных действий. Бжезинский понимал, что чрезвычайно опасно делать из Германии поле битвы.

Восстание в Чехословакии в 1968, которое было подавлено советскими танками, убедило Бжезинского, что настало время развернуть активную поддержку стран Восточной Европы.

Во время президентской предвыборной кампании Хуберта Хамфри в 1968 Бжезинский возглавил отдел внешней политики. Збигнев предлагал: вывод войск из Вьетнама, расширение влияния на Ближнем Востоке, и сотрудничество с СССР. Несмотря на большие усилия команды Хамфри, выборы выиграл Р. Никсон (президент с 1969 по 1974).

В период президентства Никсона и позже - Джеральда Форда (1974 - 1977) госсекретарём был Генри Киссинджер. Именно с именами Никсона - Киссинджера ассоциируют политику «разрядки» ("détente"). Известен афоризм Киссинджера: «Дипломатия есть искусство обуздывать силу». Вашингтон пошёл на потепление отношений с Москвой. В 1972 году был подписан договор об ограничении стратегических вооружений и систем противоракетной обороны (ОСВ-1 и ПРО), который замедлил гонку вооружений, а также расширил торговые отношения. В политической сфере установилась неофициальная договоренность невмешательства во внутренние дела. США прекратила официальную критику «противоправной» политики Кремля в отношении граждан.

Збигнев Бжезинский в этот период становится ярым оппозиционером, доказывая неэффективность и вредность нового международного курса Белого Дома. Он считал, что после поражения во Вьетнаме рухнули Камбоджа, Лаос, в Африке: Мозамбик, Ангола. Бжезинский говорил об опасности бездействия. Detente дал возможность советам преодолеть отставание в области вооружений. Из-за политики разрядки стала возможна военная помощь Советского Союза перевороту в Чили во главе с Аугусто Пиночетом (1973).

В начале 1970-х годов Бжезинский выступил с принципиально новой идеей о том, что на мировой сцене появились новые акторы - Европа и Япония, экономика которых быстро росла после Второй мировой войны. В статье для Foreign Affairs 1970 года он излагает свое видение этого «нового мирового порядка»: «Необходим новый и более смелый подход - создание сообщества развитых стран, которое сможет эффективно обсуждать более серьезные проблемы, с которыми сталкивается человечество. Кроме Соединенных Штатов и Западной Европы в него должна быть включена Япония. Совет, состоящий из представителей Соединенных Штатов, Западной Европы и Японии, с регулярными встречами между главами правительств, а также более второстепенными участниками, был бы хорошим началом».

В том же году он подробно излагает свои предложения в книге под названием Between Two Ages («Между двух веков: роль Америки в технотронную эру»). В книге Бжезинский разъясняет, что эпоха баланса держав уступает место эпохе мирового политического порядка, опирающегося на трехсторонние экономические связи между Японией, Европой и США. Революция в способах производства и трансформация тяжелой промышленности в электронику должна вызвать разрушение политических систем и смену элит, находящихся у власти. Бжезинский был уверен, что внутренние причины не позволят Советскому Союзу перейти в технотронную, постиндустриальную эру. Дэвид Рокфеллер, воодушевленный его концепцией, нанимает его для создания Трехсторонней комиссии и назначает его ее директором.

Это сообщество, официально созданное в 1973 году, объединяет видных деятелей, связанных с международной торговлей, банковской системой, представителей правительств и крупных средств информации Северной Америки, Европы и Японии.

В момент первого нефтяного шока (1973) главной заботой этих управляющих международными финансами стало избавление от ответственности за долг развивающихся стран путем усиления роли Международного валютного фонда (МВФ). Для Соединенных Штатов, ослабленных разгромом во Вьетнаме, речь шла также о том, чтобы опереться на два конца Евразийского континента, где их влияние было очень большим после Второй мировой войны, для сохранения и расширения своего господства. Эта миссия, при взгляде со стороны, создает Бжезинскому образ защитника мира, разрядки и многосторонних связей, а в глазах крайне правых - образ человека, вдохновленного марксизмом.

 Для того чтобы успешно осуществить большие замыслы Трехсторонней комиссии, нужно было сделать одного из ее членов президентом Соединенных Штатов.
Именно в это время он познакомился с Джимми Картером. Впоследствии Бжезинский в качестве советника по внешней политике присоединился к предвыборной кампании 1976 активного демократа Картера.

В 1976 году началась предвыборная кампания Джимми Картера. На одной из пресс-конференций он представил себя как верного студента профессора Збигнева Бжезинского ("eager student"). К этому времени американский политолог польского происхождения Бжезинский приобрел известность как ярый враг коммунизма, эксперт по европейской политике.

С момента создания Трехсторонней комиссии Джимми Картер был одним из близких людей тандема Рокфеллер - Бжезинский. Он открыл торговые представительства штата Джорджия в Брюсселе и Токио, что, по их мнению, сделало его идеальным воплощением основополагающей концепции комиссии. Для выставления Джимми Картера кандидатом от демократической партии на президентские выборы 1976 года Рокфеллер использовал свои связи на Уолл-Стрит, а Бжезинский - свой университетский престиж.

Семья Рокфеллеров была одним из крупнейших в тот период времени держателей «еврейского» капитала. Обычно «еврейский» капитал всегда использовала демократическая партия в противовес «протестантскому» республиканцев (яркий пример - борьба республиканца Буша и демократа Гора в 2000 году). Подобное предвыборное сражение капиталов состоялось и на выборах 1976 года.

Эпоха правления Картера - пик политической карьеры Збигнева Бжезинского, который был назначен советником президента по национальной безопасности. Со времени Джимми Картера для выработки своей стратегии по отношению к СССР и позднее к государствам, освобожденным от советского влияния, демократы опирались именно Бжезинского. Доктрина этого известного преподавателя университета нашла последователей и за пределами демократической партии, так как она определила абсолютный императив для выживания и процветания Империи: завоевание Евразии. Лишь страна, утвердившая господство над этим крупнейшим континентом, может претендовать на политическое господство.

Збигнев Бжезинский пробился к пантеону политики в возрасте 48 лет. К этому времени он стал политиком с большой буквы, к мнению которого прислушивались. Он уже был известным профессором нескольких университетом, в том числе Колумбийского университета и Гарварда,  крупнейшим советологом в Соединенных Штатах. С 1973 года он возглавил крупнейшую политически-экономическую организацию, объединяющую политиков и представителей крупного бизнеса со всего мира. Любая внешнеполитическая акция, затрагивающая СССР или страны Восточной Европы, не начинала реализовываться без участия польского политолога. Бжезинский стал значимой фигурой в международных отношениях, но к 1976 году в основном как консультант, аналитик, эксперт. Его цитировали в газетах, брали интервью. Ни одна предвыборная кампания, начиная с 1960 года, не прошла без участия «железного» Бжезинского (как его стали называть позже).

Большой отпечаток на политические решения, взгляды Збигнева Бжезинского наложила его биография и, в частности, детство. Он родился в короткий период независимости Польши, окруженный рассказами об освобождении от гнета Германии и России. Поездки с отцом в нацистскую Германию и Сталинскую Россию также наложили отпечаток на ум молодого Бжезинского. В западной прессе Мюнхенский договор трактовался как раздел Восточной Европы и Польши в частности Гитлером и сильнейшими странами Западной Европы. Потеря родины стала значимым событием для семьи Бжезинского. Нельзя также забывать, что политолог Збигнев - продукт западной идеологии. Образование было получено им в Соединенных Штатах. Збигнев Бжезинский женился на Эмилии Бенеш (свадьба состоялась в 1955 году), дочери бывшего президента Чехословакии Эдуарда Бенеша, президента Чехословакии (в 1935-1938 и 1945-1948 годах). Во время восстановления Бенеша в статусе президента страны после фашистской оккупации на него оказывалось давление коммунистических сил, державших в своих руках посты премьера, председателя парламента, большинства депутатов. Он был патриотом своей страны и такая «интервенция» в политику другого государства была ненавистна ему. Его русофобство росло от года к году параллельно расширению влияния СССР. Так, если Эдуард Бенеш был русофобом, то Бжезинский стал в два раза более убежденным ненавистником России и русских.

 Велика роль и его личных качеств: Бжезинский всегда был удивительно напорист и резок как в своих высказываниях, так и в своих действиях. Он заслужил авторитет человека твердого в своих убеждениях. Збигнев никогда не доверял другим того, что мог сделать сам. Почти все переговоры мира в конце 70-х, начале 80-х прошли с его участием. Он побывал во всех горячих точках земного шара в этот период: Афганистан, Израиль, Индия, Египет. Многие из дипломатических побед можно назвать его личными. Часто после личных переговоров с Збигневым Бжезинским политики и руководители принимали условия США. Нормализация отношений с Китаем полностью считается заслугой неутомимого Збигнева.

Проблематика международной политики в аспекте взаимоотношений со странами социалистического лагеря была чрезвычайно актуальной в период расцвета карьеры Бжезинского. Это было время холодной войны, и она требовала своих героев. Он стал крупнейшим специалистом в области, особенно близкой именно ему. Никогда в течение  своей политической карьеры Бжезинский не забывал своей Родины, Польши. Часто он делал упор на особо тесные отношения Вашингтона и Варшавы.
 

Большая политика Збигнева Бжезинского

В годы правления Картера (1977 - 1981 годы) Бжезинский занимал должность советника президента по национальной безопасности. Его противостояние Советскому Союзу усиливалось, он защищал политику жестких мер в отношении СССР, хотя и выступал за уменьшение напряженности между США и коммунистическими странами. Бжезинский играл ведущую роль в решении внешнеполитических задач администрации Картера. Например, Бжезинский настаивал, что Соединенным Штатам следует улучшать взаимоотношения со странами "третьего мира", с развивающимися государствами, обладающими значительными запасами природных ресурсов и большим по численности населением, которые в будущем могли бы способствовать укреплению позиций США в быстро меняющемся мире.

Совет национальной безопасности при Картере был сокращен до двух комитетов (Комитет Политической проверки, занимающийся ротацией кадров, и  Специальный Координирующий комитет). Бжезинский был назначен главой второго комитета. Так Картер пытался преодолеть проблему Никсона, когда, фактически, вся внешнеполитическая власть оказалась в руках Киссинджера. Советник по национальной безопасности теперь должен был получать одобрение президента. При Картере СКК были поручены контроль вооружения, международные кризисы, разработка стратегий внешнеполитических акций. Во времена правления Картера комитет вплотную работал с документами возможных договоров о сокращении вооружений.

На деле, Бжезинский стал главой структуры, разрабатывающей стратегию США на всём земном шаре. Он, как никто, имел доступ ко всей секретной информации. Учитывая ресурсы возможного влияния Америки на мировую политику, можно говорить, что Бжезинский обладал огромными возможностями. Он был «создателем» реальной мировой политики. Бжезинский стал эмиссаром президента, который как врач выезжал в проблемные регионы, разрабатывая способы «лечения».

Изменилась и «кухня» политики с изменениями, привнесёнными Картером. Исчезли сугубо официальные встречи президента, советника по национальной безопасности и первого госсекретаря. Встречи приобрели форму личных встреч, ланчев. Бжезинский посылал еженедельные отчеты внешнеполитической деятельности президенту. Эта система импонировала Картеру. Первый госсекретарь Сайрус Вэнс и советник по национальной безопасности Збигнев Бжезинский стали домашними консультантами президента.

Как только Картер занял свой пост, он объявил своим приоритетом уменьшение военного ядерного арсенала двух блоков (США - СССР). Однако кризис в связи с советскими ракетами СС-20, направленными на Европу, заставил Картера отреагировать развертыванием ракет «Першинг» (самонаводящееся ракеты средней дельности), и его усилия - искренние или нет - рухнули, поставив оба блока в ситуацию взаимной подозрительности.

Оказывается, в тот момент советская сторона имела достаточные основания для того, чтобы подозревать своего противника в двойной игре: военное поражение во Вьетнаме побуждает США держаться осторожно в военном и стратегическом плане, тогда как Бжезинский разрабатывал план войны чужими руками, чтобы заставить СССР увязнуть в периферийном конфликте.

Через речи Картера Бжезинский отправлял одобрительные послания советским диссидентам. В Кремле это было воспринято, как нарушение кодекса détente, установленного Никсоном - Киссинджером. Бжезинский вступил в полемику с представителями демократической партии. Сайрус Вэнс предлагал ослабить дискуссии по вопросам реализации прав человека и поддержку диссидентов, чтобы добиться соглашения SALT (Договор об ограничении стратегических вооружений - ОСВ). Бжезинский же считал, что можно добиться и того и другого. Он продолжал работать над подрывом схемы Никсона - Киссинджера. С его «предложения» Радио «Свободная Европа» расширила своё вещание и усилила критику СССР.

Бжезинский развивал отношения с диссидентами Восточной Германии. Именно по его наставлению первый заокеанский визит президент Картер совершил в Польшу. Президент встретился с кардиналом Стефаном Вышинским, который говорил о Польской Католической церкви как о центре легитимной оппозиции коммунистам.

Видение внешней политики Бжезинского и Вэнса всё больше разнилось. Картер заверил при вступлении в Белый дом, что он предпочитает диалог с СССР, и что он будет держать на расстоянии Китайскую Народную Республику. Однако его госсекретарь Сайрус Вэнс вскоре столкнулся с антирусской одержимостью Бжезинского, и в течение всего своего периода президентства Картеру пришлось прилагать усилия, чтобы сгладить противоречия в своей администрации. Функцию посредника между этими двумя полюсами выполнял Ричард С. Холбрук, будущий посол США в ООН (в администрации Клинтона) и советник Джона Керри по вопросам внешней политики в его предвыборной кампании вместе с Марком Бжезинским, сыном Збигнева. По мнению Сайруса Вэнса, логика трехстороннего окружения могла привести в лучшем случае к недоразумениям в отношениях с СССР, если не к войне. Поэтому они выступали за диалог по вопросам разоружения и сотрудничества с Советским Союзом, чтобы пресечь конфликты в странах третьего мира.

Вэнс предлагал продолжить политику разрядки, концентрируя внимание на контроле вооружения Советского Союза. Бжезинский же считал, что такая политика даёт возможность передышки для СССР и поощряет к активным действиям в Анголе и на Ближнем Востоке. Он настаивал на увеличении вооружения и напоминании Кремлю о правах человека.

Не принимая никаких послаблений в отношениях с Советским Союзом, Бжезинский разрабатывал концепцию возможного сотрудничества с Китаем. Для создания благоприятной почвы отношений советник президента по национальной безопасности посещает Пекин. Через некоторое время ему даже удалось завязать хорошие личные отношения с Дэн Сяопином (благодаря чему сегодня он на хорошем счету у китайцев). И уже вскоре отношения с Китаем можно было назвать нормализовавшимися. При Сяопине было заключено множество двухсторонних технологических, научных, экономических договоров (процесс был запущен по инициативе Бжезинского). С этого периода США взяли на себя «бремя» регулирования отношений Тайваня и Китая (до сих пор этот остров является камнем преткновения для Китая и политическим инструментом в руках США). Народная Республика Китай уже давно не входила в состав советско-китайского блока. Вместо этого, за счет усилий Бжезинского, «восточный дракон» стал третьей силой опоры США в политики против СССР (Западная Германия, Япония и Китай). Даже нейтралитет Китая играл большую роль в период «холодной» войны. Впоследствии Китай поддержал Бжезинского в идеи «своего Вьетнама» для Советского Союза. Таким «Вьетнамом» для СССР, разумеется, называется десятилетнее пребывание в Афганистане. Можно говорить, что это был один из первых настолько масштабных подготовленных проектов втягивания государства в войну. План этого политического манёвра был разработан советником президента США по национальной безопасности Збигневым Бжезинским.

Бжезинский участвовал вместе с Картером в переговорах в Кэмп-Дэвиде в 1977 году и сыграл свою роль в подписании мирного договора между Израилем и Египтом, не присутствуя, однако, при обсуждениях, в противоположность тому, как он всегда делал, когда речь шла о СССР. Чрезвычайно важно было продемонстрировать мирный характер заинтересованность США в регионе. В первую очередь, примирением Израиля и Египта США пытались добиться преодоления нефтяного кризиса.

Дестабилизация коммунистического афганского режима и вооружение первых антикоммунистических ополчений джихадистов в 1979 году стала причиной, как и предполагалось, ввода Красной армии в Афганистан. В этом Бжезинский опирался на влиятельные службы пакистанской разведки - ISI. Только в 1998 году в интервью французскому журналу «Нувель Обсерватер» Бжезинский признал, что вооружение антисоветских войск Бен Ладена предшествовало вторжению русских и имело целью спровоцировать их реакцию. Русские войска были введены в Афганистан 24 декабря 1979 года. Збигнев Бжезинский в интервью признался: «На самом деле президент Картер подписал первую директиву о тайной помощи противникам просоветского режима в Кабуле 3 июля 1979 года. И в тот же день я написал докладную записку для президента, в которой я ему объяснил, что по моему мнению эта помощь повлечет за собой советское военное вмешательство. Мы не заставили русских вмешаться, мы просто сознательно увеличили возможность того, что они это сделают». И далее: «Эта секретная операция была отличной идеей. Ее целью было заманить русских в афганскую ловушку, и вы хотите, чтобы я жалел об этом? В тот день, когда Советы официально перешли границу, я написал президенту Картеру, вкратце: "У нас теперь есть возможность дать СССР свою вьетнамскую войну"». Корреспондент спросил Бжезнского, не жалеет ли последний о том, что такая политика, фактически, спонсировала развитие исламского фундаментализма. Ответ Бжезинского был почти афористичен: «Что важнее с точки зрения истории мира? Талибаны или падение советской империи? Несколько взбудораженных исламистов или освобождение центральной Европы и конец холодной войны?». Это интервью не вошло в американский выпуск Le Nouvel Observateur. В который раз взыграли в польско-американском политологе русофобские чувства. В конце 90-х Бжезинский еще мог не представлять всю опасность террористических группировок, созданных на американские деньги. Он описывал прагматическую реальность, из которой идеологи американской демократии сделали миф, оправдывающий «крестовый поход» США во всём мире.

Несмотря на неоднозначность результатов, политика США относительно афганского вопроса была тщательно проработана и была успешной. Провокация США была подготовлена группой, возглавляемой Бжезинским. Он заранее посетил Китай, Пакистан и Саудовскую Аравию. Эти страны приняли сторону американцев и оказывали помощь афганскому сопротивлению. «Мухаеддин» в Пакистане и Афганистане поддерживался за счет финансовых средств ФБР и Ми6 (Лондон), аккумулированных Збигневым. Можно говорить, что финансирование экстремистских групп было инициативой исключительно Бжезинского. Официально поддержка была оказана Народной Демократической партии Афганистана. Фактически, за этим названием скрывались группировки наиболее радикальных исламистов и антикоммунистов. В интервью CNN 13 июля 1997 года Бжезинский описал ответную политику Вашингтона в связи с акцией СССР. Он говорил о большом количестве санкций (экономических, политических) против Советского Союза. Также Бжезинский упомянул о своём визите в Пакистан. Советник президента по национальной безопасности стремился создать антисоветский лагерь, чтобы «СССР потеряло в этой войне как можно больше крови», имея в виду не человеческие жертвы, а урон экономике и международному статусу страны. В своей книге «Великая шахматная доска» (1997г.) Бжезинский писал, что Афганистан был тактически необходим для подрыва мощи советской армии. Он пишет, что провокация Советского Союза была особенно необходима в связи с укреплением американских войск в Персидском заливе. В тот момент политолог называл Ближний Восток - тактически наиболее важным регионом планеты. Вашингтону было необходимо пресечь проникновение Советского Союза на юг.

У Бжезинского было много оппонентов, настаивавших на политике «разрядки» и подписания президентом ОСВ-2 (Вэнс). Белый дом не мог пойти на открытое столкновение с СССР. Картер был, конечно, готов к введению советских войск в Афганистан, но держал молчание до официального сообщения об акции Кремля. После этого было покончено с политикой разрядки: переговоры об ОСВ-2 были сорваны (сам договор уже был подписан в Вене в июне 1979, но так и не был рассмотрен и ратифицирован Сенатом). Начиная с 1980 года, вся внешняя политика Белого дома была построена на личности Збигнева Бжезинского.

В том же 1979 году возник иранский конфликт, где вновь столкнулись интересы США и СССР. Иран, который во времена правления шаха считался бастионом против советского влияния на Ближнем Востоке. Бжезинский уверял шаха в своей поддержке до последнего момента, даже когда часть администрации Картера во главе с госсекретарем хотела, чтобы шах ушел, и требовал военного вмешательства Соединенных Штатов для поддержания его у власти. Но конкретные действия Вашингтона диктовались позицией Госдепартамента, и, несмотря на переговоры с генералами, свергнувшими шаха, чтобы поставить у руля страны умеренный режим, у власти благодаря народному восстанию оказался Хомейни. Его приход к власти ознаменовал победу советской дипломатии и международной политики.

Иранская революция разделила администрацию президента. Как и раньше, основное соперничество было между Бжезинским и Вэнсом. Вэнс предлагал не втягивать США в очередной конфликт. Он планировал добиться лояльности Хомейни дипломатическими путями. Збигнев же предлагал вмешательство в ход переворота, возможно, даже военное при необходимости. Бжезинский утверждал, что без введения контроля Америкой нельзя будет добиться стабилизации дипломатическим путём. Иран для него был ключевой точкой, центром Евразийской политики. Страна являлась одновременно ключом к богатому энергетическому региону и южным щитом от влияния Советского Союза. Специально для иранского случая им были подготовлены новые войска специального назначения, быстрого реагирования (Delta Force). Операция была сорвана Вэнсом и другими оппонентами политики вмешательства. Ситуация с Ираном наиболее ярко выразила внутренний кризис администрации Картера. Сам президент так и не решился на какие-либо действия. Поддержка Бжезинского означала для него усугубление кризиса и несогласованности в его окружении. Но Збигнев Бжезинский был опытным политиком. Ему удалось спровоцировать Ирано-иракскую войну (1980-1988).

Войну с Ираном в 1980 году Хусейн начал под нажимом американской разведки. США надеялись с его помощью свергнуть режим Хомейни, который они считали своим смертельным врагом. Известно, что в ходе ирано-иракской войны (1980-1988) иракское командование регулярно получало разведывательную информацию от ЦРУ и РУМО. В начале войны было подписано межгосударственное соглашение о разведывательном сотрудничестве между США и Ираком. В Багдаде была создана специальная группа, в которую входили представители американских спецслужб и иракской военной разведки "Истихбарат аскарийя". В результате, иракская сторона стала получать американские спутниковые снимки позиций иранской армии и данные, полученные при помощи самолетов АВАКС, которые для прикрытия арендовались у США Саудовской Аравией. Некоторые военные успехи Ирака, в частности наступление на полуострове Фао, обеспечивались постановкой помех иранским радарам самолетами ВВС США. Вся переговорная и дипломатическая сторона войны держалась на Збигневе Бжезинском.

Не забывал Бжезинский и свою родину. Он активно поддерживал антисоветские движения в Польше. В 1979 году Польшу после избрания папой посещает Карол Войтыла (Иоанн Павел II). Збигнев Бжезинский совершил звонок главе Ватикана за день до приезда. Приезд Войтылы неожиданно совпал с созданием и началом активной деятельности межзаводского оргкомитета профобъединения "Солидарность", который возглавил будущий слесарь-электрик судоверфи Лех Валенса. Это движение продолжит будоражить польскую общественность всё следующее десятилетие. «Солидарность» прожила в подполье целых 7 лет. После выпуска из тюрьмы многих её лидеров и снятия заперта с организации, она добилась успехов на выборах. Валенса же стал президентом независимой Польши. Збигнев Бжезинский, занимавший в ту пору (конец 70-х - начало 80-х - время создания движения «Солидарность») должность помощника по национальной безопасности в администрации президента США Джимми Картера, не скрывал, что с его подачи Белый дом принял решение о поддержке "Солидарности". Политика поддержки польского сопротивления укрепилась при Рональде Рейгане. Сильно было влияние Бжезинского и на папу Римского, несколько раз посетившего Польшу. Каждый приезд главы католического мира провоцировал подъем антикоммунистических движений.

Тем не менее, были и неудачи во внешней политики Бжезинского. В конце 70-х годов страны Центральной Америки стали ареной борьбы СССР и США. В 1979 происходит переворот в Никарагуа, к власти приходят сандинисты. Был свергнут диктатор Анастасио Сомоса, представлявший интересы крупных землевладельцев и лояльный к американскому влиянию. Сандинисты, захватив власть, произвели передел собственности. Земля была распределена между крестьянами, началась программа развития здравоохранения и образования. СССР стал активно поддерживать режим сандинистов. Бжезинский настаивал на вмешательстве или, как минимум, поддержке «контрас», повстанцев, боровшихся с сандинистским правительством. Остальная же часть советников президента высказывалась за экономическую блокаду и экономическое давление. В итоге, была оказана незначительная поддержка «контрас». Экономическая же блокада не дала видимых результатов, поставив Никарагуа в полную зависимость от Советского Союза. Власть сандинисты потеряли лишь на выборах 1990 года.

Целью внешнеполитического курса Бжезинского был переход от «челночной» дипломатии Киссинджера к выстраиванию «архитектуры» внешней политики (создание четкой конструкции с перспективой на будущее). Он предавал большое значение политической системе, построенной на договоренности Запада и Востока. Бжезинский видел мировую систему, которая координируется из единого центра. Особую важность представляла из себя Евразия, «борьбу» за которую и осуществлял Збигнев Бжезинский.

Во многом он оставался командным игроком. При этом нельзя не заметить, что внешняя политика кабинета Картера - политика Бжезинского, борющегося с большинством администрации. Збигнев был теневым кардиналом окружения Картера. Несмотря на внутреннее противостояние, Бжезинский часто выходил победителем. У него всегда были рычаги личного управления. Не даром большинство его «побед» - успехи личных переговоров. Он, как никто другой, умел найти механизмы давления, какими бы аморальными они не были.

Советник Картера по национальной безопасности часто критикуется в прессе в начале 80-х. Он становится наименее популярным членом администрации президента. Постепенно вся команда Картера дискредитировала себя в глазах общества. Кроме несогласованной внешней политики администрация президента не могла преодолеть экономические затруднения. Это период - начала массового внедрения электронной техники. Ускорялось и расширялось производство. Возрастали потребности в энергоресурсах, поставки которых были осложнены из-за энергетических кризисов, которые были вызваны неспокойной ситуацией в ближневосточном регионе.

Вместе с проигрышем Картером выборов Бжезинский уходит из Совета Безопасности. В 1981 году он получает медаль Свободы за заслуги в деле нормализации американо-китайских отношений и за вклад в развитие политики по правам человека и по национальной безопасности США. Этой наградой удостаивают выдающихся американцев в различных сферах (политика, наука, искусства, спорт). Медаль придумал Гарри Трумэн в 1945 году. За 60 лет её существования награждено было всего182 человека.
 

Победа Бжезинского. 80-е - начало 90-х. Достижение мирового доминирования.
 


В 1981 году с приходом к власти Рональда Рейгана (1981-1988) Бжезинский продолжил свою академическую карьеру: в Колумбийском университете в качестве профессора американской внешней политики и в Джорджтаунском университетском Центре стратегических и международных исследований в качестве старшего советника. Центр занимается программами в сферах энергетики, государственной безопасности, международного бизнеса, превентивной дипломатии и международной организованной преступности. Бжезинский начинает читать в Колумбийском университете курс Внешней политики США. В это время его студенткой становится Кондолизза Райс. В 1985 году его преподавательская деятельность переносится в университет Джона Хопкинса.

В то же время он стал консультантом и где-то даже наставником тогдашнего госсекретаря США Мадлен Олбрайт, что нашло свое отражение в проводимой ею политике американского доминирования. Олбрайт была одной из лучших учениц Бжезинского и начала работу с ним еще в команде Картера, будучи референтом Збигнева. В своих отчетах Бжезинскому Олбрайт так тонко подмечала чужие ляпы, что эти серьезные документы теперь читаются как юмористические рассказы. Как-то в конгрессе обсуждался вопрос об американских заложниках в Иране (их захватили в 1979 году, когда к власти там пришел аятолла Хомейни). И Олбрайт в своем отчете процитировала одного конгрессмена: "Я поддерживаю силовые действия в Иране при условии, что они не приведут к насилию". Позиция Олбрайт сформировалась под сильным влиянием русофоба и радикала Бжезинского

Бжезинский приветствовал многое в политике Рейгана. Политика приобрела антисоветский характер. Широко была развёрнута система санкций уже не такого сильного Советского государства, подрывавшая экономику. Начались обоюдные «укусы», провокации, показательные акции с обеих сторон. США шли на сокращение экспорта в СССР. Сложилась система взаимного недоверия.

Бжезинский продолжал поддерживать отношения с движением «Солидарность». В 1973 году в Польше было введено военное положение почти на полгода. За это время в стране было арестовано почти 12 тыс. человек. «Солидарность» была объявлена вне закона. Лишь поддержка Соединенных штатов помогла выжить движению. 7 лет провели лидеры организации в подполье. В 1989 году перед поездкой заместителя президента Джорджа Буша-старшего в Польшу Бжезинский в личной встречи передал инструкции для лидеров «Солидарности». Официальную политику относительно Польши, руководствуясь идеями своего наставника, реализовывала Мадлен Олбрайт. В итоге США наложили санкции на СССР в связи с вмешательством в Польшу: приостановить полеты самолетов "Аэрофлота" в США, отложить проведение ряда переговоров, ужесточить порядок выдачи разрешений на продажу СССР некоторых видов оборудования, отказаться от продления двусторонних соглашений, срок которых истекал в 1981.

В 1985 году в правительстве Рейгана Бжезинский становится членом президентской комиссии по химическому оружию. В 1987-1988 годах работал в совместной комиссии Совета национальной безопасности и Министерства обороны по выработке долгосрочной стратегии.

В эти же годы участвовал в работе президентской комиссии, курировавшей разведдеятельность США. Он писал, что в это время вся секретная информация мира проходила через него. Он не был уже идеологом, но всё равно оставался активным политическим деятелем. К мнению Бжезинского прислушивались, особенно в тяжелые времена для Советского Союза и социалистического лагеря.

На выборах 1988 Бжезинский порвал с демократической партией (неожиданно были разорваны его отношения с бывшей ученицей Мадлен Олбрайт, которая стала внешнеполитическим консультантом оппонента Буша Дукакиса) и выступил на стороне Джорджа Буша-старшего (1988-1992). Новый президент был избран как продолжатель дела Рейгана. До своего президентства Буш был заместителем главы государства. С новым президентом Збигнева связывали дружеские отношения, которые сложились при совместной работе в команде Рейгана. 

В том же 1988 году выходит в свет книга Бжезинского «Большой провал: рождение и смерть коммунизма в XX веке». Он писал, что коммунизм - "самое необычное политическое и интеллектуальное заблуждение ХХ века". Коммунизм, эта разработанная "никому не известным иммигрантом-библиотекарем, немецким евреем" доктрина, "с таким энтузиазмом" воспринятая "малоизвестным русским политическим писакой", потому смог стать самой привлекательной теорией века, считает Бжезинский, что давал всеобъемлющее и вместе с тем простое объяснение смысла жизни. Он писал, что неверно считать сталинскую систему экономическим чудом, ведь Япония после войны развивалась значительно быстрее СССР. Единственное оправдание живучести «сталинской системы», как её называл Бжезинский, было в культе личности, массовых убийствах несогласных. "Сталинская система продолжала существовать не только потому, что Брежнев и его правительство извлекали из нее выгоду и хранили ей верность". Она выжила благодаря тому, что" массы не могли представить себе какую-либо другую альтернативу".

"Если бы не Горбачев, то, по всей вероятности, какой-то другой реформатор стал бы лидером в середине 80-х годов", - убежден Бжезинский. Горбачев начал с гласности - реформ снизу - и на ее основе перешел к более широкой политической реконструкции - перестройке - реформам сверху. Однако, считает американский политолог, как бы хороши ни были эти реформы, только "отказ от двух источников советской дилеммы: сталинизма и ленинизма" мог бы предотвратить замедленность развития СССР.

Горбачев своими реформами "открыл ящик Пандоры" и тем самым впустил в жизнь советских людей религию, национализм, социальные и политические диспуты, а это, по мнению Бжезинского, - "опасность для целостности марксистско-ленинского учения и потенциально даже для единства СССР". Поэтому автор в своей книге в 1988 году наиболее вероятное будущее Советского Союза представляет себе так. "Длительные, но так и не ведущие к определенным результатам беспорядки", "дальнейшие уступки и необдуманные перемены" - "такие шаги, скорее всего, усилят надвигающийся политический кризис"; "необходимые для оздоровления экономики реформы, вероятно, лишат советских рабочих главных благ, которыми они пользуются при существующей системе, а именно гарантий занятости и стабильной зарплаты, независимо от производительности, не дав им взамен никаких, сравнимых с этими, преимуществ". "Усиление среди народов СССР, обозленных непрекращающимся господством Москвы, национальных и религиозных конфликтов или сепаратистских устремлений" нарастающий развал порядка может привести к перевороту в Москве - перевороту, предпринятому военными при поддержке КГБ.

Бжезинский необыкновенно точно предсказал падение СССР. В то же время, было бы странно, если бы он написал теорию о воссоздании и величии России. Американский политолог в который раз показал себя специалистом российской политики. Многолетняя борьба Бжезинского с Советским Союзом приближалась к победе.

При Буше Збигнев стал сопредседателем Консультативной группы по национальной безопасности. В 1989 году Бжезинский прекращает свою преподавательскую деятельность в Колумбийском университете. В 90-х годах он посвящает себя политической публицистики и продолжает свою работу в команде Буша - старшего.

Конец 80-х становится богатым на обострения в различных регионах планеты. Время знаменуется распадом социалистического лагеря. В 1989 коммунисты не сумели собрать силы на противостояние «Солидарности» в Польше. Лех Валенса выигрывает выборы, и страна явно покидает соцлагерь. Польша становится «независимой» при большой поддержки США. В том же году Бжезинский совершает показательную поездку на родину с миссией доброй воли. Он заезжает на открывшийся мемориал Катынской пустоши. С начала 90-х Бжезинский часто выступает в ведущих мировых СМИ с требованием признания Россией геноцида поляков, массового убийства в Катынской пустоши, пакта Молотова - Риббентропа как договоренности Гитлера и Сталина о разделе восточной Европы.

Проходит 10 дней после победы «Солидарности» на выборах, как в Берлине разрушается стена. Вскоре коммунистические лидеры Восточной Германии теряют власть. США принимает активное участие в объединении независимой Федеративной Республике Германии. Вскоре перестал существовать и Советский Союз. Многое произошло так, как Бжезинский предсказывал в «Большом провале».

В том же 1989 году США проводит крупную внешнеполитическую акцию. В Панаме с 1983 года установился режим генерала Мануэля Антонио Норьеги. 20 декабря 1989 США оккупировали Панаму, арестовали Норьегу, и президентом стал Гильермо Эндара. Норьега был обвинён в торговле наркотиками. Так Соединенные Штаты получили еще одно лояльное правительство.

Вскоре США удалось продемонстрировать свою военную мощь. В 1990-91 годах Буш отправил 540 000 американских солдат (из них 10% женщин) в Персидский залив, чтобы по поручению Объединенных Наций прекратить иракскую оккупацию Кувейта. Операция «Буря в пустыне» за 42 дня сломила сопротивление иракцев. Американское командование не имело никакой долгосрочной стратегии. Так, постепенно эйфория от победы сошла на нет.

Збигнев Бжезинский выступил с резкой критикой войны в Персидском заливе. Он считал, что она принесёт значительно меньше выгод, чем потерь. В книге «Вне контроля: глобальная суматоха накануне XXI века» Бжезинский замечал, что нельзя расточать господство США, появившееся после распада СССР. Уже в 1993 году (выход книги в свет) политолог предупреждал, что всеобщее недовольство арабского мира может болезненно отразиться на всей мировой политике.

К 1993 году заканчивается определенный период политической жизни Збигнева Бжезинского. Цель многих его научных трудов, политических акций осуществилась. Советский Союз распался, США выиграли холодную войну, к лидерам которой можно причислять Бжезинского. Америка стала представлять из себя «единственную мировую державу». Стала чрезвычайно актуальна концепция постиндустриального мира, управляющегося или общим руководством или межгосударственными организациями. Бжезинский был сторонником и разработчиком концепции постиндустриального общества. Исследования в этом направлении он начал еще в 70-е годы, когда он начал работу в Трёхсторонней комиссии (книга «Между двух веков»). Ему была близка идея необходимого координирования мировой политики из одного центра (собственно, конец 70-х годов был временем, когда таким центром стала команда Бжезинского). Он видел США как единственную оставшуюся мировую империю, которой необходимо стремится удержать мировое доминирование. Эти проблемы стали основными для американского политолога с начала 90-х годов.

 

Стратегия мирового лидерства США. Время интеллектуальной борьбы для Збигнева Бжезинского. 
 


90-е годы ознаменовали собой необходимость создания новой политической модели, новой стратегии действия. Политическая карта мира изменилась. США выиграли «холодную войну». Возникла потребность в разработке концепции «мирового лидерства» одной супердержавы. Это время особенного оживления теоретиков постиндустриализма: делаются первые шаги к объединению Европы, мир становится всё более мобильным и взаимосвязанным. Бжезинский активно включается в процесс идеологического обоснования  господства Соединенных Штатов. Он продолжает, часто необоснованно, вести борьбу против воссоздания сильной России. Бжезинский осуждал американское руководство, которое, по его мнению, дало возможность преемнице Советского Союза встать с колен и вновь заявить о своих  «имперских» амбициях. Любые успехи молодой России были чрезвычайно болезненны для американского политолога. «Если русские будут настолько глупы, что попробуют восстановить свою империю, они нарвутся на такие конфликты, что Чечня и Афганистан покажутся им пикником» (Бжезинский в интервью Open Media Research Institute, 15 ноября 1996). Можно выделить несколько знаменательных фраз американского политолога: «Мы уничтожили Советский Союз, уничтожим и Россию. Шансов у вас нет никаких». «Россия - это вообще лишняя страна». «Православие - главный враг Америки». «Россия - побежденная держава. Она проиграла титаническую борьбу. И говорить «это была не Россия, а Советский Союз» - значит бежать от реальности. Это была Россия, названная Советским Союзом. Она бросила вызов США. Она была побеждена. Сейчас не надо подпитывать иллюзии о великодержавности России. Нужно отбить охоту к такому образу мыслей... Россия будет раздробленной и под опекой». «Россия может быть либо империей, либо демократией, но не может быть тем и другим. Если Россия будет оставаться евразийским государством, будет преследовать евразийские цели, то останется имперской, а имперские традиции России надо изолировать. Мы не будем наблюдать эту ситуацию пассивным образом. Все европейские государства и Соединенные Штаты должны стать единым фронтом в их отношении к России».

Бжезинский стал идеологом политики расширения влияния США путём распространения «либеральных ценностей». Примечательным фактом является то, что с конца 70-х годов в его команде работал Семюэль Хантингтон, впоследствии известный идеолог «демократизации» (в книге «Волны демократии» он изложил свою концепцию Третьей волны). Бжезинский считает демократию и либеральные ценности необходимостью для любой нации. Для него это также некий критерий для вхождения государства в будущую систему общего надгосударственного правительства. В то же время нельзя забывать, что Бжезинский - политик-реалист, демократия для него всегда была орудием для реализации различных целей. Понятием «демократия» прикрываются все действия США, направленные на реализацию своих интересов (под эгидой защиты прав создаются военные базы, финансируются сепаратистские движения, развёртываются военный операции).

В 1997 году в США вышла еще одна книга Бжезинского - "Великая шахматная доска. Господство Америки и его геостратегические императивы" (автор изложил основные тезисы своей новой книги в опубликованной 24 октября того же года в "Независимой газете" статье "Геостратегия для Евразии. Краткосрочные и долгосрочные цели политики США в этом регионе"). Эта книга наиболее полно отразила концепцию «мировой политики лидерства». Книга имела огромный успех и быстро стала бестселлером. В этом научно-публицистическом произведении Бжезинский рассматривает современное положение стран Евразии, которую он называет "великой шахматной доской", и роль Соединенных Штатов как единственно возможного в настоящее время гаранта международной безопасности на этом континенте. Скорее книгу можно было бы назвать сводом рекомендаций для американских политиков по управлению двумя из трех "наиболее развитых и экономически продуктивных мировых регионов" с целью поддержания и укрепления позиций Соединенных Штатов Америки - "первой и единственной действительно мировой державы".

О книге "Великая шахматная доска" в интервью "Независимой газете" 31 декабря 1998 года Бжезинский сказал: "Цель моей книги - это внести уверенность, что окончание жизни американской империи примет форму ее эволюции в систему современных отношений сотрудничества внутри основных компонентов мировой системы и не станет новым вариантом хаоса, новой империи или чем-нибудь еще, что может быть недемократическим, иными словами, малопривлекательным. Реальной альтернативой являются или глобальный хаос, или постепенное превращение американской гегемонии в систему сбалансированного разделения власти".

Во-первых, об империи. В защиту обоснованности претензий США на положение единственного мирового лидера Бжезинский в своей книге приводит следующие аргументы: "Америка занимает доминирующие позиции в четырех имеющих решающее значение областях мировой власти: в военной области она располагает не имеющими себе равных глобальными возможностями развертывания; в области экономики остается основной движущей силой мирового развития, даже несмотря на конкуренцию в отдельных областях со стороны Японии и Германии (ни одной из этих стран не свойственны другие отличительные черты мирового могущества); в технологическом отношении она сохраняет абсолютное лидерство в передовых областях науки и техники; в области культуры, несмотря на ее примитивность, Америка пользуется не имеющей себе равных притягательностью, особенно среди молодежи всего мира - все это обеспечивает Соединенным Штатам политическое влияние, близкого которому не имеет ни одно государство мира. Именно сочетание всех этих четырех факторов делает Америку единственной мировой сверхдержавой в полном смысле этого слова". (Кстати, сегодняшнюю американскую культуру Бжезинский называет не только примитивной, но и истощенной, практически отвергающей любые социальные нормы. Однако он убежден в грядущем обновлении культурной парадигмы Соединенных Штатов, основанном на новых социальных или философских концепциях - осмыслении экологических аспектов существования человечества или значения жизни в эпоху научно-технического прогресса. Бжезинский надеется, что эти изменения сделают Америку морально более притягательной и социально более объединенной.) Прочие же страны, считает Бжезинский, не могут претендовать на единоличное господство: Европа вскоре станет ведущей экономической силой мира, но в военной области она слаба, к тому же политически разобщена. Япония все еще не имеет значительной военной мощи, и ее экономическое развитие зависит, прежде всего, от стабильных и продуктивных связей с США. Наконец, Россия больше не представляет собой военной угрозы, и вряд ли в ближайшие годы она станет достаточно сильна экономически, чтобы быть конкурентом США в какой-либо области мирового могущества.

Во-вторых, о гегемонии. Еще в 1990 году Бжезинский сказал о будущем положении США в мире: "Соединенные Штаты уже стали мировым полицейским, но я думаю со все возрастающей уверенностью, что мы будем мировым контролером: вы повинуетесь полицейскому, потому что он может отправить вас в тюрьму, вы подчиняетесь дорожному инспектору, потому что не хотите попасть в аварию. Международной системе все еще нужен арбитр, и США будут играть эту роль". Спустя семь лет в своей книге Бжезинский пишет более уверенно: "Америка в настоящее время выступает в роли арбитра для Евразии, причем нет ни одной крупной евразийской проблемы, решаемой без участия Америки или вразрез с интересами Америки". Америка стала ""необходимым" для мира государством". (Хотя рядовым американцам, добавляет Бжезинский, тяжело бремя американской гегемонии: ведь она не только требует значительных материальных расходов, но и приводит к гибели американских солдат за границей, на чужой земле.)

В-третьих, о процессе эволюции. Длиться этот процесс, по мнению Бжезинского, будет около тридцати лет: "Вряд ли кто-либо будет оспаривать статус Америки как первой державы мира, альтернативой американскому лидерству в обозримом будущем может быть только анархия в международном масштабе". Для поддержания уже созданного американской гегемонией комплексного международного порядка, в рамках которого "угрозы войны не существует", США должны предпринять ряд усилий, направленных, во-первых, на расширение и дальнейшую интеграцию Европы, во-вторых, на создание геополитической среды, которая благоприятствовала бы ассимиляции России в расширяющиеся рамки европейского сотрудничества и способствовала бы жизнеспособности и независимости от России других стран бывшего СССР, особенно Украины и среднеазиатских стран, в-третьих, на серьезное окончательное урегулирование отношений США с Китаем, важное для поддержания стабильности в Юго-Восточной и Южной Азии. "Поскольку беспрецедентное влияние Америки с течением времени будет уменьшаться, приоритет должен быть отдан контролю над процессом усиления других региональных держав, с тем, чтобы он шел в направлении, не угрожающем главенствующей роли Америки в мире". Далее Бжезинский конкретизирует этапы, на которые следует разбить процесс создания будущей системы сбалансированного разделения власти: "В краткосрочной перспективе Америка заинтересована укрепить и сохранить существующий геополитический плюрализм на карте Евразии". В среднесрочной перспективе вышеупомянутая стратегия постепенно должна уступить место вопросу, при решении которого больший акцент делается на появлении все более важных и в стратегическом плане совместимых партнеров, которые под руководством Америки могли бы помочь в создании трансъевропейской системы безопасности, объединяющей большее число стран (в том числе Китай). И, наконец, в долгосрочной перспективе все вышесказанное должно постепенно привести к образованию мирового центра по-настоящему совместной политической ответственности.

Наконец, о главном помощнике и партнере США. Европа, как понятие не столько географическое, сколько политическое, европейские страны - вот та территория и те силы, которые уже сегодня поддерживают власть США над миром и, как предполагает Бжезинский, будут способствовать в будущем ее укреплению и превращению в новый мировой порядок: "Европа является естественным союзником Америки, - пишет американский политолог, - однако прежде всего Европа является важнейшим геополитическим плацдармом Америки на Европейском континенте". У Бжезинского не вызывает ни малейшего сомнения, что именно благодаря усилиям США, в том числе созданию НАТО и возникновению Европейского Союза, европейские страны в настоящее время уверенно идут по пути развития демократии. Необходимость решительного вмешательства США в дела Европы вызвана тем, акцентирует Бжезинский, что ни одна из европейских стран не сильна настолько, чтобы руководить процессом объединения, развития Европы и дальнейшего продвижения международного демократического порядка и сотрудничества вглубь евразийского континента: "Оставленные одни, европейцы рискуют оказаться поглощенными своими собственными социальными проблемами". Основными архитекторами современной Европы Бжезинский называет Европейский Союз (как глобальный партнер Америки в сфере политики и безопасности) и НАТО. В свою очередь, за участие и содействие Европа платит Соединенным Штатам определенную дань. Ее характер и размер Бжезинский определяет просто: "На той стадии американо-европейских отношений, когда союзные европейские государства все еще в значительной степени зависят от обеспечиваемой американцами безопасности, любое расширение пределов Европы автоматически становится расширением границ прямого американского влияния". 
 

Бжезинский: Подчиненная Россия и её независимые соседи
 


Появление независимого государства Украина Збигнев Бжезинский считает одним из наиболее значительных феноменов XX века в Европе. «Первое событие - распад в 1918 г. Австро-Венгерской империи. Второе - раздел Европы в 1945 г. на два блока. Появление независимой Украины может считаться третьим событием, поскольку оно знаменует конец имперской России» («День», 17.12.1999).

После крушения Советского Союза Бжезинский посвятил себя разработке плана независимого статуса Украины, что стало началом его работы над тем, чтобы не допустить возрождения России как супердержавы. При этом он отстаивает интеграцию России в западную систему и «геополитический плюрализм» на пространстве бывшего Советского Союза. Он разрабатывает «план для Европы», который предусматривает расширение НАТО в прибалтийские республики. Его усилия принесли плоды через несколько лет, когда три прибалтийские республики были интегрированы в НАТО в 2002 году. План Бжезинского включал три этапа.

Первый этап: блокирование Леонида Кучмы и перетекание власти от Кучмы к Ющенко. Второй этап: нейтрализация других конкурентов Виктора Ющенко на президентских выборах. Третий этап: формирование постоянного управляемого конфликта между Россией и Украиной:

- Формирование интенсивного конфликтного поля между Россией и Украиной, активация всего спектра разногласий.

- Использование военно-технического сотрудничества с Россией для подрыва военно-технического потенциала России и, таким образом, срыв всех совместных проектов в области высоких технологий.

- Установление контроля НАТО над украинскими вооруженными силами и спецслужбами.

- Блокада Черноморского флота и российских коммуникаций.

- Присоединение Украины к санитарному кордону вокруг России.

- Введение визового режима между Россией и Украиной.

- Полное вытеснение русского языка в Украине, запрет на его использование в государственных учреждениях и СМИ.

- Приватизация газопроводов, энергосистем и других остающихся экономически эффективными предприятий в интересах польского и другого восточноевропейского бизнеса, участвующего в финансировании организаций, финансирующих антикучмовские выступления.

Цель такого управляемого российско-украинского конфликта - блокировать развитие России, обеспечить доминирование США и Польши в Восточной Европе и Евразии. План примечателен тем, что создавался еще во время президентства Кучмы. Существует мнение, что и «оранжевая» революция не прошла без участия Збигнева Бжезинского, который помогал формированию «неорганизованных» групп, сидевших на Майдане.

Бжезинский уделяет большое внимание развитию Украины и, что самое главное, становлению ее независимости от России: "Судьба Украины больше связана с судьбой России. Однако если Украина хочет сохранить свою независимость, ей придется стать частью Центральной Европы", ей придется сполна участвовать в связях Центральной Европы с НАТО и Европейским Союзом. Принятие Россией этих связей тогда определило бы собственное решение России также стать законной частью Европы. Отказ же России стал бы равносилен отказу от Европы в пользу обособленной ""евразийской" самостоятельности и обособленного существования". Выбрать такую самостоятельность, считает Бжезинский, - это значит для России стать "евразийским изгоем", то есть по-настоящему не принадлежать ни к Европе, ни к Азии и завязнуть в конфликтах со странами "ближнего зарубежья". Таким образом, решающим этапом определения Россией своего будущего должен быть выбор отношения России к самостоятельности Украины, к ее вступлению в ЕС и НАТО. Без Украины Россия перестает быть евразийской империей. Без Украины Россия все еще может бороться за имперский  статус, но тогда она стала  бы в  основном  азиатским имперским государством и, скорее всего, была бы втянута в изнуряющие конфликты с поднимающей голову Средней Азией, которая, произойди такое, была бы обижена в связи с утратой недавней независимости и получила бы поддержку со стороны дружественных ей исламских  государств юга.

Политолог считал необходимым включение в будущем Украины в НАТО. Украина - наиважнейшая страна Восточной Европы. Появление особого треугольника сотрудничества «США - Польша - Украина» спровоцировано Бжезинским. Тем не менее, в настоящее время, политолог часто заявляет, что включение Украины в НАТО осложнено и не произойдёт раньше включения Турции. Несмотря на это, Бжезинский продолжает использовать своё влияние для создания особо доверительных американо-украинских отношений. Главной опорой «уз» являются украинские власти, которые должны, по идее Збигнева, развивать националистические устремления, ограничивать ностальгические воспоминания относительно совместного существования с Россией. Бжезинский очень желает увидеть модернизированную европейскую границу между Украиной и Россией. В «Великой Шахматной доске» он писал: «Кроме того, тяжелая  рука  России в обращении с новым  украинским государством: ее нежелание признать границы Украины, ее сомнения в отношении права Украины на Крым,   ее  настойчивые  притязания  на  исключительный   экстерриториальный контроль  над  Севастополем  -  все  это придало пробудившемуся  украинскому национализму явную антирусскую направленность».

Политолог очень избирательно подходит к изучению отношений и истории России и Украины. Подобный идеологизированный подход, к сожалению, находит своё воплощение в реальной американской политике.Более того, не является секретом тот факт, что Бжезинский сколотил так называемый «Американо-украинский консультативный комитет», своего рода "главный штаб" по лоббированию интересов Украины в США. В списке его руководящих органов (с американской стороны) упоминались такие имена, как Джордж Сорос, Генри Киссинджер. Нельзя забывать, что сын Бжезинского, Марк работал в посольстве США в Украине, работая над реализацией идей отца. Подталкивала Малороссию к «необходимости» вступления в НАТО политика Мадлен Олбрайт, проводившая политику американского доминирования (вполне разделяя взгляды своего учителя). «Особое внимание» Бжезинского к Украине сделало его «большим другом» украинской нации. Он стал почетным гражданином города Львова. Приезды Бжезинского в Украину в СМИ преподносились как стремление построения доверительных отношений с Вашингтоном. Бжезинского иногда даже называли лоббистом украинских интересов. Конечно, эти мнения остаются лишь голословными заявлениями. Бжезинский всегда руководствовался политическими интересами Америки, иногда Польши. Украина же для него скорее важный геостратегический объект, с которым необходим тесный контакт, необходимая фигура в сложной шахматной партии.В течение 90-х Бжезинский являлся специальным посланником президента США для продвижения самого крупного проекта нефтяной инфраструктуры в мире - нефтепровода Баку-Тбилиси-Джейхан. Этот проект являлся наилучшей конкретизацией его устремлений не дать России встать на ноги. Одновременно он руководит с 1999 года "Американским комитетом за мир в Чечне" (American Committee for Peace in Chechnya), находящийся в помещении 'Фридом Хауса' (Freedom House).

Он утверждает, что в этой должности он способствует мирным переговорам между российским правительством и борцами за независимость под руководством Масхадова. Но его деятельность, тщательно облеченная в благие 'демократические' намерения, все хуже маскирует реальность, а именно - тайную помощь сепаратистам для поддержания периферийной войны, как в Афганистане, ради ослабления России и отстранения ее от ресурсов Каспийского моря.Регион Средней Азии Бжезинский считал наиважнейшим на евразийском континенте, а, следовательно, во всей мировой политике. В своём крупнейшем труде он писал, что после развала СССР в районе Средней Азии возникла «черная дыра» - район громадных экономических ресурсов, освободившийся из-под тотального влияния России. Этот регион чрезвычайно важен, он открывает путь к мировому лидерству. Отсюда необходимость для США в хороших отношениях с Турцией (их удалось добиться в 90е) и Ираном. Бжезинский уверен, что США вынуждены добиваться лояльности Тегерана (возможно, силовым путём). Работая одновременно консультантом BP-Amoco и Freedom House, Бжезинский отвечает в Азербайджане за то, чтобы поправить имидж лидера Гейдара Алиева. Для этого он, не колеблясь, называет диктатора 'хорошим парнем' в интервью для 'Нью-Йорк Таймс'.

В оправдание англосаксонской поддержки диктатуры Алиева Бжезинский охотно выдвигает аргумент, что после семидесяти лет коммунистического правления нельзя ожидать, чтобы Азербайджан и другие республики бывшего Советского Союза стали демократическими за такой короткий промежуток времени. Хотя политические репрессии режима Алиева в последние годы усиливались пропорционально уменьшению не оправдавшихся надежд в отношении богатств Каспийского моря, Азербайджан, тем не менее, перешел из разряда 'не свободной' страны в разряд 'частично свободной' в классификации 'Фридом Хауса'. В то же время госсекретарь и ученица Бжезинского Мадлен Олбрайт пригласила в 1999 году Гейдара Алиева на празднование юбилея НАТО.

С этой же целью - проникновения НАТО, чтобы позволить западным интересам, особенно нефтяным, укорениться в регионе - Грузия, Азербайджан и Украина организовали совместные военные учения 16 апреля 1999 года в рамках программы НАТО 'Партнерство ради мира'.

По инициативе "Американского комитета за мир в Чечне", руководителем которого является Бжезинский, с 16 по 18 августа 2002 года в Лихтенштейне прошла встреча между главными лидерами чеченского движения. Эта встреча произошла через два месяца после встречи Басаева и Масхадова, на которой был заключено соглашение о совместном командовании 'военными силами Чеченской республики Ичкерия'. Участники высказали мнение, что Чечня больше не может входить в состав России, что необходима большая автономия и что настоятельно необходимы переговоры с Масхадовым. Но был ли захват заложников в Беслане, ответственность за который взял на себя Басаев, частью процесса требования независимости Чечни или процесса дестабилизации России? Так как главным следствием этой акции стало возрастание напряженности между Северной Осетией и соседней Ингушетией, то есть еще большая 'балканизация' региона, то здесь возникают вопросы.

Бжезинский заклеймил «безразличием и невежеством» позицию президентской администрации США относительно российской политике в Чечне: безразличие к трагедии Чечни и невежество в вопросе об ее истоках. Особенно его возмутили слова президента о том, что он «не симпатизирует чеченским повстанцам». Бжезинский требовал не только морального осуждения Москвы, но и санкций - прессинга по всему международному полю. «Победа в чеченской резне», как он выразился, приведет к тому, что «в России власть захватят наихудшие элементы, такие, как полковник Путин и другие полковники КГБ и армии. И Путин станет следующим президентом России». Напомню, что все это происходило незадолго до памятного "новогоднего" обращения Б.Ельцина (в который раз темный кардинал мировой политики Бжезинский заранее предугадал развитие событий).  Во-вторых, сказал Бжезинский, дистанцирование США от событий, происходящих в Чечне, приведет к нестабильности не только на Северном Кавказе, но и в Закавказье и в Средней Азии, в результате чего «международное сообщество потеряет доступ к этим регионам» и к нефтяным месторождениям в России («Известия», 11.12.1999).

Бжезинский в одном из интервью в 2005 году высказывал своё мнение о цветных революциях в бывших республиках СССР. Он утверждал, что, несмотря на попытки команды Путина навязывать странам бывшего союза свою политику, свободная молодежь молодых стран-соседей России сбрасывает с себя гнёт авторитарных прокремлевских групп. Это подтверждают волнения в Киргизстане и мирные революции в Грузии и Украине. В Белоруссии пока власть в руках примитивного диктатора, поддерживаемого Путиным. Все соседи России или боятся или презирают её сейчас. Символичны визиты в Прибалтику и Грузию Буша по пути на празднование 60-летия победы нацизма (Бжезинский нигде не упоминает о победе России). Збигнев осуждает Россию, которая до сих пор не признает пакт Молотова - Риббентропа как раздел Гитлером и Сталиным Европы. В Грузии она до сих пор располагает базой и поддерживает сепаратистские движения, в то время как борется с ними в Чечне. Бжезинский требовал от России официального осуждения сталинизма, господства в Восточной Европе в течении 45 лет. Такие высказывания вскрывают нездоровый характер русофобии Бжезинского. Он часто лишался крупного поста из-за чересчур радикальной точки зрения, но до сегодняшнего дня ему так и не удаётся смягчить позицию по отношению к России.

Будущее, как он считает, за молодым поколением, которое не будет так привержено прошлому, которое нужно скорее похоронить. Бжезинский выразил восхищение теми, кто 4 недели сумел высидеть на площади за идею «демократии». В пример остальным лидерам он ставит Ющенко и Саакашвилли. Основной же задачей для Буша в России Бжезинский видит необходимость найти подобных лидеров (как Ющенко) в Москве. Политолог уверен, что в скором времени это будет сделать несложно, так как произойдёт переориентация молодежи, которая «поймёт» необходимость уничтожения архаических пережитков коммунизма. Бжезинский верит, что когда-нибудь выпускник Гарварда или высшей школы бизнеса в Лондоне займет место, занимаемое сейчас выпускником КГБ. Соседи России станут демократическими, как только она сама станет таковой.

Збигнев Бжезинский считает, что Владимира Путина можно сравнить с итальянским фашистским диктатором Бенито Муссолини. Об этом он заявил в своей статье, опубликованной в Wall Street Journal (2005). По мнению политолога, нынешний режим в России "во многом похож на фашизм Муссолини" - во времена, когда в Италии у власти находились фашисты, существовала централизованная власть, был введен контроль над экономикой без ее национализации, "фашистский режим сопровождался распространением чувства национального величия, дисциплиной и возвышенными мифами о славном прошлом". Бжезинский считает, что централизация власти в России - это традиция, "которая питает шовинистическую паранойю относительно того, что политический плюрализм почти неизбежно повергнет саму Россию в пучину развала". "Воспитанники КГБ, в том числе Путин, - пишет Бжезинский, - считают аксиомой, что если Россия должна стать могучей и сильной, то она должна управляться сверху вниз". По мнению Бжезинского, в результате Москва стала "теплым местечком для паразитирующей политической элиты, которая отождествляет интересы России со своими собственными интересами", а регионы "продолжают биться в стагнации". Политолог очень болезненно относится к возможному величию России. Такое отношение выдаёт в человеке страх и, соответственно, неприязнь.

Самое страшное то, что часто идеи Бжезинского реализовывались. Страшно то, что с приходом в страну «демократии» американского типа умирают национальные особенности. Страна приобретает некоторую искусственность. Борьбу в первую очередь начинают вести против уникального духа народа этой страны. Стирается память о лучшем прошлом. Акцент делается лишь на том, что необходимо для подтверждения свободолюбивости народа и его исторического «стремления» к демократии. В связи с этим сомнительным выглядит будущее Кубы. Сложно представить эту страну без Фиделя Кастро. Без него остров вновь превратится в американский курорт, будет задушен уникальный, милый сердцу многих коммунистический дух, смешанный с географическими особенностями страны. К сожалению, демократия американского типа не щадит ни одно государство. Даже небольшое приближение к общему мировому правительству ведёт к всеобщему усреднению, стирает уникальные различия. Если смотреть с этой стороны, общемировое постиндустриальное общество уже не выглядит столь привлекательно.

Реализация доктрины Бжезинского, согласно которой «держава, господствующая в Евразии, будет контролировать два самых развитых и экономически продуктивных региона мира», связана с расширением НАТО на восток, над чем администрация Клинтона работала особенно активно. Но как ему удается «продать» эту необходимость европейцам? «Европейский регион, расположенный на западной границе Евразии и в непосредственной близости к Африке, более всего подвергается риску со стороны возрастающего глобального хаоса, чем более политически единая, более мощная в военном отношении и географически более изолированная Америка. Европейцы подвергнутся большему риску, если внешняя политика России будет стимулироваться шовинистическим империализмом», - объяснял он в обозрении 'National Interest' в 2000 году. Это все проясняет: размещение сил НАТО вокруг России было превентивной мерой. Если она отреагирует тем, что перейдет к обороне, это будет доказательством того, что она хочет восстановить свою империю и снова стать тоталитарной.
 

Новая мировая политическая система

В начале третьего тысячелетия произошли изменения во взглядах политолога. Представления Бжезинского о мировой роли США изменились. Он больше не выступает сторонником политики Белого дома, перестал быть идеологом мирового тотального контроля со стороны Америки. Идеалом для Бжезинского является общемировое надправительственное государство, где не может быть доминирования одного региона. В таком государстве неотделимы интересы США, Европы, Дальнего Востока. Государство, основанное на либеральных ценностях, которые являются, по сути, скрепляющим фактором, выйдет на планетарный масштаб. В такой мировой политической системе не может быть стран-доминант, здесь могут быть лишь лидеры. Бжезинский, само собой, рассчитывает, что США возьмёт на себя «бремя» необходимого лидерства.

Идея мирового государства не появилась у Бжезинского вдруг. Можно говорить о том, что уже в 70х годах, во время работы в Трёхсторонней комиссии, политолог начал закладку новой постиндустриальной системы. Борьба с СССР была для политолога неким этапом, барьером, который было необходимо преодолеть. В 90е годы Бжезинский активно поддерживал объединение Европы, распространение американской демократии.

Еще в «Великой шахматной доске» Бжезинский писал, что все империи разрушались изнутри, вследствие внутренних противоречий. Империя США, считал политолог, тоже не вечна. Отличие её заключается в том, что у неё есть еще возможность предотвратить собственную гибель. Америке необходимо начать осуществлять переход к единой общепланетарной политической системе, где она будет выполнять роль лидера, направляющей силы.

Политика Д. Буша-младшего (2000-2008), по мнению Збигнева Бжезинского, может привести Соединенные Штаты к краху. Политолог полагает, что нынешний президент США поставил под угрозу главенство страны в мире. Еще на выборах 2000 года Бжезинский был на стороне Альберта Гора, в предвыборном штабе которого работал Марк, сын Збигнева Бжезинского. Резкой критике со стороны политолога Буш продолжает подвергаться и по сей день.

Критиковать администрацию Буша Бжезинский начал уже в 2001 году. Он выступил против резкой националистической политики. В статье «Мир утратил доверие к политике США» ("The Washington Post", США, 10 ноября 2003) Збигнев писал, что политика Буша после 11 сентября основывается на параноидальных представлениях небольшой группы из его администрации (20 сентября Буш заявил: «Или вы - с нами, или вы - террористы»). Бжезинский пишет, что современная Америка оказалась в такой же изоляции, как в своё время СССР (во время войны в Корее). Политика США потеряла доверие. При сильнейшей военной мощи страна уже не имеет былой политической силы. Борьба с терроризмом - абстрактный лозунг, очень упрощенный и неприемлемый для супердержавы. Нельзя быть мировым лидером, основываясь на страхе. Террористы не те, кто не любит демократию или свободу - у них конкретные цели и лица. По мнению Бжезинского США не заручится ничьей поддержкой, если будет постоянно демонстрировать свою силу и опираться исключительно на свои ресурсы. Нужно создавать Европу, разделяющую взгляды Америки, не опираясь на свою мощь. Необходимо постепенно интегрировать и Россию (условиями должны стать: прекращение геноцида чеченцев и давления на СМИ). Мир должен сообща подойти к решению крупной проблемы, коей является терроризм. Присутствие войск в Ираке должно стать международным, действия должны принять характер мировой санкции. Новой иракской акции нужно придать как можно быстрее легитимный характер (представители иракской элиты). Бжезинский полагает, что катастрофой было то, что войска были брошены за границу, основываясь на предположениях, а не на разведданных. «Наши полководцы вступили в сражение в Ираке, не обладая знаниями о наличии у противника ОМП (оружия массового поражения - прим. ред.). Они не знали то, какие виды ОМП имеются в тех или иных бригадах или дивизиях иракских вооруженных сил. Они не знали, были ли оснащены иракские войска химическими средствами. Они также не знали, есть ли у иракских войск бактериологическое оружие и ведутся ли там работы по созданию ядерного оружия... Все это указывает на главный недостаток в нашей политике национальной безопасности. Если мы хотим лидировать, мы должны проводить политику, при которой нам будут доверять другие страны». Бжезинский полагает, что многие страны, потерявшие доверие к политике Буша, закрылись от сотрудничества, что не может иметь положительного эффекта.

На выборах 2004 года Збигнев Бжезинский вновь незримо присутствовал на стороне демократических оппозиционных сил. Збигнев Бжезинский активно сотрудничает с Центром стратегических международных исследований CSIS , но продолжает оставаться мозгом программы внешней политики американских демократов, о чем свидетельствует позиция кандидата Керри, и особенно его партнера Джона Эдвардса в вопросах, касающихся России. Политика сдерживания России, её разоружение, а в будущем и подчинения - лозунги Керри на выборах 2004 года. Очевидно влияние Бжезинского, для которого идея подчиненной России является наиважнейшей на протяжении 15 лет. Известно также, что известный финансист Джордж Сорос, с которым Збигнев знаком еще по Трёхсторонней комиссии, потратил 18 млн. долларов на компанию против Буша-младшего.

26 октября 2004 года вышла в свет статья Бжезинского «Как делаются новые враги» ("The New York Times", США), в которой он осудил обоих кандидатов в президенты. Политолог писал, что они оба играют с лозунгом «Борьба с терроризмом». Неразборчивость, нелепость обвинений и причин конфликтов на Ближнем Востоке служит отпугивающим моментом для умеренных мусульман, которые могут примкнуть к радикалам. Компания в Ираке в глазах многих выглядит оккупацией. Её продолжение повлечет увеличение жертв среди мирного населения и рост повстанческих отрядов. Выход, по мнению Бжезинского, может быть лишь в союзе с умеренными арабскими странами и постепенном выводе войск.

В статье «Америка терпит катастрофу» ("Los Angeles Times", США, 11 октября 2005) Бжезинский осудил военные действия в Ираке, поддержку антиарабской политики Израиля. США, по мнению политолога, приобрели множество врагов и потеряли, казалось бы, незыблемый авторитет. Арабский мир каждую агрессивную акцию на Ближнем Востоке воспринимает как объявление войны, и всё больше молодых людей видят в лице Америки врага. Бжезинский пишет, что неверно считать, будто терроризм - явление, угрожающее всему миру, что это «борьба с неверными». Он полагает, что терроризм - это политическая акция. «Попытки убедить американцев в том, что главным мотивом террористов является абстрактная «ненависть к свободе», а их действия определяются враждебностью ко всей западной цивилизации - не более чем самообман. Если бы это было так, Стокгольм или Рио-де-Жанейро подвергались бы не меньшей опасности, чем Нью-Йорк. Однако если перечислить наиболее масштабные теракты последнего времени, станет ясно, что, помимо ньюйоркцев, их главными жертвами становились австралийцы (курорт на Бали), испанцы (Мадрид), израильтяне (Тель-Авив), египтяне (Синайский полуостров) и британцы (Лондон)». Бжезинский считает, что США стали восприниматься как преемник британского империализма. Америке, которая имела авторитет блюстителя прав человека, приходиться оправдываться за пытки и издевательства над заключенными в тюрьмах Ирака.

Политолог пишет, что Москва и Пекин специально провоцируют США, подталкивая к антимусульманской политике. Если Америка продолжит подобную политику, то она рискует стать «главным врагом мусульманского мира». Ведь именно такое клише, по мнению Бжезинского, постепенно получает страна. «Из-за своего громадного могущества и богатства Америка еще какое-то время в состоянии проводить политику, формулируемую с помощью высокопарной риторики и осуществляемую без учета исторического опыта. Однако это, скорее всего, обернется ее изоляцией и враждебностью окружающего мира, усилит угрозу терактов на ее территории, и постепенно подорвет ее конструктивное международное влияние. Ворошить палкой осиное гнездо, громко заявляя при этом: «Я не сойду с курса,» - типичный пример катастрофической некомпетентности государственного руководства».

В марте 2004 года в свет вышла последняя книга Бжезинского «Выбор: Мировое господство или  глобальное лидерство». Работа наиболее полно отражает взгляды политолога на современную политическую карту мира. Любой международный конфликт автор рассматривает как некоторое препятствие на пути создания мирового государства. Он, как и в «Великой шахматной доске», анализирует ситуацию в наиболее стратегически важных регионах мира. Но в отличие от предыдущего труда в «Выборе» на первый план автор ставит интересы интеграции, объединения усилий, создания общего политического пространства. Бжезинский пишет, что ошибался в оценке возможностей Европы к объединению (ведь еще в 2001 он полагал, что Европа слишком разнородна и объединение нежизнеспособно). Когда Евросоюз впервые не согласился с позицией Соединенных Штатов (по поводу военной операции в Ираке), а евро вступило в конкуренцию с долларом, Америка, по мнению Бжезинского, потеряла возможность самовольно решать судьбу мировой политической системы. В современных условиях США необходимы меры по укреплению трансатлантического содружества. Как следствие необходим переход от «одностороннего доминирования» к «консенсусному лидерству». На такое снижение оценки роли Америки в мире, конечно, повлияло падение авторитета страны и её руководителя, некоторая изоляция США как оплота борьбы с исламским фундаментализмом.

В книге Бжезинский вновь пишет о снижении управляемости мира со стороны Америки. Теряют смысл прежние войны и методы их ведения. Мир стал открытым, всепроникающим, угроза может проникнуть в самые казалось бы защищенные объекты. «Слабые» обладают огромным преимуществом - им нечего терять. Прошло время, когда вторжение в страну и её захват кладут конец военным действиям. Сейчас нельзя начать операцию без объяснения причин, которые становятся всё более надуманными. Невозможно и просто прекратить войну - терроризм становится разрушительной силой побежденного.

Терроризм - метод, а борьба с методом или приёмом невозможно. Бжезинский замечает, что это всё равно что окрестить Вторую Мировую войну войной против «блицкрига». Политолог описывает бедственное положение исламских стран: катастрофические показатели безработицы (доходит до 46%), из 41 страны ислама ни одна не входит в список свободных, 7 из них - в списке наиболее репрессивных (имеются в виду списки ООН). Огромное количество безработных готово встать на защиту своей родины перед лицом американской угрозы. Им нечего терять, их бедственное положение становится их силой. Усугубляет положение политика Белого дома, который не считается с национальными особенностями стран. США пытается найти общий подход для стран ближневосточного региона. Подобная политика общего доминирования не принесёт никаких результатов, так как не существует пока её методов.

Главной опасностью является возможность перерастания конфликта в этнический или религиозный. Ведь, как пишет Бжезинский, в случае продолжения политики Буша может стать реальностью «столкновение цивилизаций», о которой писал Хантингтон. Катастрофой для всего человечества может обернуться эскалация напряжённости в отношениях мусульманского и «западного» католического миров.

Бжезинский считает, что сейчас, когда мир един, Америке как никогда нужна многополюсность политики. США обладают огромными силами, и еще есть время на то, чтобы начать эффективно управлять ими. Политика упреждения, которую, по мнению Бжезинского, сейчас использует американское руководство - политика сильного, не считающегося ни с чем. Просчетом было создание прецедента «упреждающего удара». Необходима же политика предотвращения, основанная на договоренности, дипломатии, политическом и экономическом давлении и четких разведданных. США поставили себя в глупое положение, так и не найдя оружия массового поражения в Ираке.

Очень точно в книге политолог охарактеризовал возрастание угрозы радикального исламизма: «слабые обретают силу посредством упрощенного видения объекта своей ненависти, в то время как сильные слабеют, как только они опускаются до этого». Америка убедила мир в том, что главным её врагом является «терроризм». Надо понимать, что популярность идей исламизма возникает во многом из-за действий США. Бжезинский пишет, что «несовместимы глобализация и доминирование, интересы США и применение силы». Автор предлагает понять американскому руководству, что лидерство - не есть всеединство. Риск очень велик. Нельзя допустить рождения идеологии антиамериканизма. Неверно в современных условиях ставить вопрос о том, кто в будущем станет конкурентом Соединенных Штатов на мировой политической арене. Намного важней начать налаживать взаимоотношения с союзниками. Необходима стратегия разделенной ответственности. Всё ядро мировой политики (США, Европа, Юго-Восточная Азия) должны сплотить свои усилия в борьбе с проявлениями авторитаризма. Объединение усилий могло бы дать большее мировое согласие и единение.

Другой опасностью для США Бжезинский видит изменения внутренние. Еще 200 лет назад США на 90% состояли из европейских выходцев. Америка была страной «грядущих возможностей». Сейчас же не более 2/3 населения имеют белый цвет кожи. Становится актуальной постановка вопроса о том, кто должен отвечать за политику США в Китае, Тайване, Ираке... К 2020 году большинство молодежи планеты и большая часть её жителей будут проживать в слабообеспеченных регионах мира. Тем временем в развитых странах западного типа проблема обеспечения условий проживания увеличивающегося числа людей пенсионного возраста встанет на первый план. Следствием станет потребность в молодой рабочей силе, которая будет приезжать из стран третьего мира. С одной стороны миграция решает некоторые экономические проблемы, с другой - таит в себе громадные угрозы. Бжезинский пишет, что будущий политически единый мир не сможет выдержать неконтролируемую миграцию. Мир должен прийти к общим социальным стандартом, к единому экономическому и торговому пространству, но он не должен стать полностью открытым для каждого. Будущее общепланетарное государство должно четко регламентировать миграцию. По мнению Бжезинского, лишь такая мера может пресечь назревающие этнические и религиозные конфликты.

В «Выборе» Бжезинский вновь пишет о большой важности правильно выстроенных отношений с Россией. Москва (как, впрочем, и Вашингтон) должна отказаться от своих имперских амбиций и продолжить интеграцию в Европу. Эти процессы будут выгодны и Европе, и России. Ведь лишь с помощью Запада Россия может избежать потери Сибири, интерес к которой всё чаще проявляет Китай. Вопрос о сотрудничестве преемницы СССР с западным миром может стоять лишь в том случае, если Россия остановит свою экспансию в Среднюю Азию. Нельзя не заметить, что в последней книге Бжезинский пишет о России уже значительно меньше, чем о Китае. Однако отношение к нашей стране у политолога остаётся прежним: он мечтает увидеть Россию, разделённую на несколько стран, которые будут более открыты и лояльны к Западу (еще в «Великой шахматной доске» Бжезинский писал о Дальневосточной республике, не стесненной контролем Москвой). Политолог не остановил работу по подрыву влияния РФ в странах-соседях.

Если подводить итог, то Бжезинский пытается показать в своей книге необходимость страны-лидера, которую не боятся, а уважают. И, по его мнению, США имеет все шансы встать на этот путь.

 

Бжезинский. Жизнь в политике.
 

Збигневу Бжезинскому 77 лет. Он до сих пор занимает должность советника в Центре стратегических и международных исследований, является профессором американской внешней политики в Школе углубленных международных исследований им. Пола Нитце при Университете Джонса Хопкинса. Бжезинский - член правления директоров Национального фонда за Демократию (National Endowment for Democracy); почетный председатель Фонда AmeriCares (частная филантропическая организация, занимающаяся гуманитарной помощью); член совета попечителей некоммерческой организации Freedom House; попечитель Трехсторонней Комиссии; сопредседатель американского Комитета по Помощи Польше; член правления директоров польско-американского Предпринимательского фонда; организатор и председатель Американо-украинского Консультативного Комитета. При этом он ведёт активную публицистическую деятельность. Бжезинский продолжает воплощать в жизнь свои представления о политике. Многие влиятельные политики США в то или иное время были под влиянием идей Збигнева (Мадлен Олбрайт, Кондолизза Райс).

Бжезинский отдал многое для мировой политики, он действительно играл по крупному. Для него мировая политическая арена стала шахматной доской. Бжезинский в течение своей долгой политической карьерой не пренебрегал никакими методами. Ни одно крупное политическое событие последней четверти XX века не обошлось без его участия.

по материалам Википедии свободной энциклопедии

  • Алиса
    Бжезинский – это политический нелюдь – один из многочисленных антихристов. Его политическая доктрина основана на генетической ненависти поляков к России. Она имеет давние исторические корни. Изначально Польша имела чересчур большие амбиции на Россию – пыт
    • Алиса
      ... на Россию - пыталась Бжезинский – это политический нелюдь – один из многочисленных антихристов. Его политическая доктрина основана на генетической ненависти поляков к России. Она имеет давние исторические корни. Изначально Польша имела чересчур больши
      • Алиса
        ...чересчур большие амбиции на Россию – пыталась расширить свою территорию за счёт России, вплоть до подчинения себе всей русской территории. В ответ всё получилось наоборот. В сухом остатке – половина Польши (Западная Украина) вошла в состав Советского С
        • Алиса
          ...Советского Союза. Бжезинский своей доктриной попытался уничтожить Россию, как единую страну с помощью США. Результат: очень сильно ранил, но не уничтожил. Сила Бжезинского в том, что он демонически и агрессивно интеллектуален в политике. А его ошибка в
          • Алиса
            ...ошибка в том, что он вообразил себя самым всесильным и всевластным политиком в мире. Но его никто не посвятил в главный секрет мировой политики – в то, что существует Мировое Правительство (Правящая Элита Жрецов (ПЭЖ)), которая через сионо-масонство и
            • Алиса
              ... сионо-масонство использует всех таких интеллектуалов для управления миром в той степени, которая им необходима для целей ПЭЖ при управлении миром. См. Откровения Инсайдера: Первое, Второе и Третье http://www.insiderrevelations.ru/
  • dg
    На самом деле считать, что это только Бжезинский заманил СССР в Афганистан (и тем более развалил союз) - чрезвычайно его переоценивать. Изначально это была идея пакистанского диктатора Зии-Уль-Хака, который, захватив власть, решил привлечь к решению афган
    • dg
      афганской проблемы давних союзников Пакистана - Китай и США, и тем самым получить много выгод для себя, в том числе - дружественное исламское правительство в Афганистане (пакистанские и иранские (шахские) военные присутствовали там еще в 78м). В штатах-же
      • dg
        над данным вопросом работали многие люди, Бжезинский скорее является пиарящимся аттрактором внимания, отвлекающим его от более значимых фигур. Так-же как действительно секретные американские спецслужбы (которых там много) уходят от общественного внимания
        • dg
          прикрываясь всем известным, открытым и распиаренным ЦРУ. Да СССР и самостоятельно основательно туда влез до войны.
          • dg
            А французам, как и англичанам, достаточно выгодно (особенно после того как они потеряли свои империи), сталкивать крупных игроков между собой..

« Назад

Хиты

В России начались испытания аппарата «Луна-25»
В России начались испытания аппарата «Луна-25»
Российские специалисты начали испытания аппарата «Луна-25» («Луна-Глоб»), который в 2019 году должен приступить к изучению спутника Земли. Об этом в ходе выставки Paris Air Show-2015 в Ле-Бурже РИА Новости сообщил представитель «Объединения имени Лавочкина», представившего там макет аппарата. 
Первый в истории частный спутник на солнечном парусе вышел на орбиту
Первый в истории частный спутник на солнечном парусе вышел на орбиту
Разработан и построен он был на деньги некоммерческого Планетарного общества США, объединяющего энтузиастов исследования дальнего космоса. 
Роскосмос отложил оглашение результатов расследования аварии «Прогресса»
Роскосмос отложил оглашение результатов расследования аварии «Прогресса»
Роскосмос продлил на неопределенный срок работу комиссии по расследованию причин произошедшей 28 апреля 2015 года аварии транспортного грузового корабля (ТГК) «Прогресс М-27М».